Архив метки: магна

Распредвалы и клапана на SuperMagna v45 ’88

1. Натяжитель. Ценный зверь. В выключенном положении(либо надо отжать отверткой скобу под башмаком, либо вынуть его сразу, защелкнуть в положении «выкл» шестигранничком, как указано в мануале и поставить обратно) позволяет ставить на место распреды без сноса регулировки клапанов

2. Положение коленвала. Установите колено так, чтобы риска совпала с точкой Т3-1. В этом положении правый кулачок intake на передней голове подпирает рокер, в задней голове все лежит как приклеенное(ну почти). Постели закручиваются только при лежачих валах, прикручиваем постели на лежачие валы, проворачиваем двигло чтоб легли остальные — прикручиваем постели на них.

3. Риски на шестернях распредвалов. При вщелкивании распредов в их законное место первым кладется передний из двух на башку(по ходу движения мотоцикла), причем проворачивается на два зуба вперед, чтобы внутренняя риска смотрела чуть вверх. Вщелкивается — задний по ходу движения мотоцикла, на нем риска должна смотреть на три зуба вниз относительно горизонта башмака натяжителя. По водворении второго распреда на место такое положение рисок дает их выход в горизонт с первого раза.

4. Радиатор. Можно не сливать хладагент, если радиатор просто отогнуть в сторонку и держать достаточно высоко относительно всей системы. Помпа при этом притягивается к раме веревочкой и не мешает, а для надежности все опасные отверстия можно заткнуть пробками от вина и шампанского. Подходят идеально.

5. Мануал. В нем много лишнего. В том смысле, что надо следить — какое ценное замечание к какой модели магны относятся. Читать три раза и думать мозгом.

Яйца на Honda Magna v45 ’88

А вот еще одна поделка Койота для моего пепелаца. Всем известно, что пластиковые крышечки под баком все время обо что-то ломаются и куда-то теряются. Ну и мои тоже поломались и потерялись. Пошла к Койоту на поклон — слесарь по металлу, как никак. И вот результат: 

Ростов-на-Дону, закрытие 2011

Прокатиться в Ростов-на-Дону мы планировали с того самого момента как нам это не удалось весной. Шоп мне к Сибирям так готовиться, как к этой несчастной тысяче сто! Себе – свечки-масличко-поворотнички-бибикалка, любимому – свечки-масличко-новая-цепочка, беготня и уши в разные стороны. В восемь, фигея от холодрыги и собственной наглости, выехали из Рязани.

Трассу М4 я нежно люблю, говорила уже? Так вот, осенью она вообще потрясающая. Конечно, на свете есть куча фотографий типа харлей-на-фоне-рыжих-аллей, но это совершенно не то. Представьте — над вами ясное небо, вдалеке над степью ходит фронт, и там сквозь высокие горы облаков льется вниз поток бледно-желтого света, как на библейских гравюрах о первых днях творения, ага. И почти такие же, чуть темнее, желтые листья густыми шапками на лесополосе у дороги.Изображение Это слева. А справа — второе крыло фронта, и из него на меловые холмы падает нордическая наглухо двойная радуга — здорово, Хеймдалл, давно не виделись, как там Асгард — еще стоит? Возле Каменск-Шахтинского слева от дороги(если ехать из Ростова) есть совершенно калифорнийская картинка — особенно в хорошую погоду, там на фоне ясного неба возвышается одинокая выветренная скала, красно-коричневая как кусок Гранд-Каньона. Если сам Гранд-Каньон географически под ней, то я готова поверить, что это его корень тут у нас торчит. В общем, не поездка — а пир духа какой-то, NB: не читайте эту фразу вслух.
Читать далее Ростов-на-Дону, закрытие 2011

Байк-уикенд в Коприно 2011

Весь сезон прошел в одиночных вылазках на пару сотен километров от дома. И вот — ура! — все, что отваливалось от мотоциклов мы с любимым аккуратно прикрутили изолентой, покидали в его кофры палатку и инструменты, набили рюкзаки всякой херней и стартовали.

Дорога

ТУДА двигаться решили через Москвы, чтобы заехать взять пенку и теплую термуху на случай холодрыги. Стартовали в полдень, в Москвах зависли до шести. А уж до скольких мы провисели, пробираясь по Ярославской пробке до самого Сергиева Посада — страшно сказать. В междурядье толклось еще несколько туристов, один спорт и один скутер, мы друг друга по очереди вежливо пропускали, улыбались в каску и махали лапкой. Так и доехали до просторов. Что-то капит, видно плохо, фуры мотыляются прямо перед носом… красота! А почти сразу за просторами начался Переяславль-Залесский, где мы по дурке поперлись не насквозь а по окружной. Знаете что? НИ-КО-ГДА не ездите по окружной вокруг ПЗ. Там не то что дорога — направление с ухабами.
Читать далее Байк-уикенд в Коприно 2011

Москва-Алтай-Кемерово

Стартовать решили пораньше, часа в три-в четыре ночи. Вечером спрашиваю у Дока, во сколько встречаемся, получаю отмашку, мол, возле Рабочего и Колхозницы в пять. Перед стартом я не смог уснуть, соответственно, был невыспавшийся. Док проспал в эту же ночь час – утверждает, что ему хватило. Где-то за Ростовом меня начало конкретно срубать за рулем, пришлось остановиться и отоспаться в ближней роще. В результате путь мы продолжили только часа в три дня и в первый день въехали в Кировскую область. Первую ночевку искали по темноте, в итоге встали почти в чистом поле, отгородившись от дороги жиденькими кустами. Сожрали по банке тушенки, разогретой на сухом спирте, тяпнули вискаря и упали спать.
Читать далее Москва-Алтай-Кемерово

Москва-Ростов-на-Дону

В который раз убеждаюсь, что «далеко» и «давно» — понятия, канающие за синонимы почти без напряга. Прошло некоторое количество времени — прошлое затуманилось, махнул за тыщу км от привычных мест обитания — и точно так же, все, что происходило с тобой раньше, оказывается вдруг делами давно минувших дней. Ну, или километров. Главное — прочувствовать каждый километр собственным существом. По ходу прохвата до Ростова у меня это самое существо сконцентрировалось где-то… эмм… ну да. В торце.
Читать далее Москва-Ростов-на-Дону

Барнаул-Алтай, зима 2011

 

-Слушай, а ты на колясыче-то ездить умеешь? — спросил у меня Гринго перед самым моим стартом в Барнаул.
— Не особо, — отвечаю, — но если ты принцип объяснишь…
Пробег обещет быть интересным.

Вообще, началось все с того, что в октябре нас с Гринго заела страшная тоска, и мы решили сотворить что-нибудь эдакое… безумное. Например, зимний пробег по горам в две одностволки. У меня нет одностволки? Не страшно! Надо найти ИЖа и подготовить. Сказано-прикинуто-завертелось. Гринго ищет и готовит мотоциклы и часть экипа, я — добываю нам недостающую экипировку, переправляю ее в Барнаул и готовлюсь морально к Первой Реальной Отморози в своей жизни. Между делом бросаю, что, мол, если по Алтаю получится — вернусь в Москву на этой же тарантайке. И как-то незаметно именно мой одиночный пробег Барнаул-Москва становится лейтмотивом мероприятия. А четыре дня по Алтаю — так, разминка. Байк обкатать.

Между тем я в зимних дальнобоях и советской технике — ни слухом ни духом. И прекрасно это знаю. Но твердо встаю обеими ногами на ту «кривую», которая, как водится, «вывезет» — и продолжаю подготовку, ни словом не упомянув, до чего меня беспокоит перспектива одиночного покорения Сибири.

И вот, после перипетий с почтовыми пересылками, судорожным зарабатыванием денег, с не относящимися к пробегу проблемами и прочая и прочая, наступает третье января, когда я, поджимая хвост, забиваюсь под лавку в электричке на Барнаул. Пятого прибываю, и начинается неделя гаражных посиделок — пока Гринго готовил мой байк, он начисто забросил свой. В итоге мы, проявляя чудеса инженерной мысли и производственного героизма, варим ему люльку из рамы от ИЖ-евской коляски, какого-то левого колеса, «корыта» от старой Явы и 20-мм стального профиля. Верчение гаек успокаивает меня, но любой халяве рано или поздно приходит конец — наступает время перегонять ИЖа из соседней деревни в Барнаул. А надо-таки сказать вам, что из себя представляют барнаульские дороги зимой 2011 года. Это две колеи глубиной по 15 см в  плотной наледи. Иногда колеи упираются в плотные же ледяные глыбы вокруг трамвайных путей. И по всему этому трафик где-то на уровне воскресного утра Москвы.

Впервые сесть на колясыч — это поставить крест на всех своих инстинктах мотоциклиста. Для начала меня крайне удивило, что мотоцикл уезжает из-под меня исключительно в сугроб, что руки напряжены до предела, вес распределяю как могу, а едет он все равно куда-то не туда… в общем, на то, чтобы кое-как престать бодать обочину и ехать к себе же в коляску, у меня уходит около часа. «Ну что, покатили помаленьку?» — говорит Гринго и садится в машину. «Покатили» — думаю я и, выжимая жесткое сцепление, лязгаю по коробке передач с ходом рычага а-ля нырок эсминца через пятый вал.

Думаю, если бы Гринго не был блондином, он бы поседел. На дороге мне удается один раз кувырнуть моц люлькой кверху на скорости около 30(без эксцессов, катапультироваться с люлясыча проще, особенно зимой и на мягкую куртку), а потом, видимо, неожиданно почуя волю, мы с ИЖиком разгоняемся и несемся  по узкой колее, мотыляясь из стороны в сторону как хризантема в пруду у родового замка сёгунов династии Токугава, на бешеных 70 км/ч. Хорошо, ветерок, драйв! Как летом! Только в зеркале заднего вида — лобовое стекло машины и в нем вООт такие глаза. В итоге Гринго меня обгоняет, просит вваливать потише, чтобы ему не было так страшно, и мы, спотыкаясь, буксуя и теряя обороты, ползем через Барнаул. Чтобы не описывать все мои страдания, скажу честно — езда на колясыче будет бесить и выматывать меня еще целый день. И только через пятьдесят с лишним намотанных по Барнаулу километров, когда мне удается более менее успешно форсировать опасный холмик возле гаража, который надо проходить наклонив люльку над пятидесятиметровым склоном, Гринго заявляет, что мы готовы к старту на Алтай. Сердце мое в очередной раз падает, но уже как-то привычно.

Зимний Алтай — это, знаете ли, совсем не то, что летний Алтай. Бесконечные снежные просторы предгорий, подсвеченные лучами солнца — картина в пастельных тонах, которая завораживает. Дорога идет по насыпи, так что смотришь на все чуть сверху; там, где солнце поднимается над горами, их вершины кажутся плоскими картонками, раскрашенными акварелью, а по другую сторону трассы — наоборот, на скалах с болезненной четкостью подсвечен каждый уступ. Почти все время, пока в первый день мы валим до гор, у меня разбегаются глаза — то ли следить за дорогой, чтобы непослушное транспортное средство не сползало с нее в кювет — то ли восхищенно пялиться по сторонам. ГАИшники нас не трогают, глядят уважительно, один даже берет под козырек при виде двух колясычей, отважно рулящих по шоссе в сторону гор. На полдороге встаем перекусить, и тут Грингго звонят и сообщают о смерти мотобрата «Рёхи» Решетова. Прямо не сходя с места посвящаем пробег его памяти.

Бийск пролетаем почти без эксцессов — когда приноровишься к слабым тормозам и кривому сцеплению, начинаешь совершенно иначе оценивать, например, расстояние до светофора. Только один раз грузовик подрезает Гринго и цепляет его бортом за плечо. Слава богам, без последствий. За Бийском заправляемся и фотографируемся — Гринго говорит мне, что теперь я самый настоящий зимний мотодальнобой. Катим дальше, и тут с нами случаются они. Настоящие Горы.

Перемещаясь по горной дороге на ИЖе, совершенно по-другому начинаешь относиться к понятию оборотов и передаточного числа. Приноровившись вползать на горки на третьей-второй, а спускаться на четвертой, я едва-едва перестаю отставать от Гринго, как движок неожиданно глохнет. И отказывается заводиться. До стоянки — на «удавке». 10 км буксира по горам, первый опыт в дальнейшем крайне полезного навыка.

Стоянка — пансионат Сар-Герел, встаем по блату, но подсобка для ремонта нам будет выделена только наутро. Около двух сотен км за день, мы, все еще свежие и бодрые, ужинаем и расползаемся по номерам. Наутро перебираем карбюратор на ИЖе — все чисто, меняем свечу, зачищаем контакты прерывателя, заводимся, уезжаем. Расстояние предстоит небольшое, от озера Ая до деревушки Чемал, где у нас следующая стоянка, но и старт сильно за полдень. За весь день у меня самое яркое впечатление — переезд по Айскому висячему мосту на колясыче. Никакой дрожи, бешеный кайф — как на американских горках прокатили. Ну и лица водителей с той стороны моста, как обычно.

В Чемале стоянка у нас более экстремальная — летний байк-пойнт мало приспособлен для зимовок. Плюс там по зиме пусто — судьба у меня такая, приезжать на Алтай как к себе домой: никого нет и жрать нечего. Зато интернет 3G с отличной связью. Сначала квест добыть воду, потм квест протопить избу, потом квест устроиться на ночлег так, чтобы ничьи жены-возлюбленные ничего плохого себе не подумали. Справились, остаток вечера я регулирую смесь в карбе, мы квасим чаек с бальзамом и наконец расползаемся спать. Назавтра решаем сделать 600 км, поэтому подъем ранний.

Ага, сделали, как же. Началось с того, что на высоте около полутора тысяч ИЖ потерял тягу, а у Гринго — замерз сапун. Кое-как справляемся, двигаем дальше. Серпантин сложный, но красоты необычайной — ползешь вверх на второй, сбиваясь иногда на первую и молясь, чтоб не заглохнуть и не покатиться вниз, а потом, за резким поворотом, начинается такой же крутой спуск. Разгон, набор оборотов перед следующим поворотом, взлет… на середине подъема третья, вторая, первая… и снега кругом, лед на горных реках(хочу увидеть ледоход весной в горах), долины и перевалы, и низкое солнце — надеемся дойти до Алтын-Кол засветло. Однако, увы — через несколько десятков километров оказывается, что у меня на люльке уже порядочно спустило колесо. Насос летний, по зиме работать отказывается. Заодно выясняем, что канистра с маслом развинтилась и мне  больше нечего лить в движок. До конца поездки разбавляю бензин четырехтактным погуще из запасов Гринго. А колесо.. с ним отдельная красота. Место действия — деревенька Кебезень в глубоком Алтае — и где искать шиномонтаж непонятно в принципе. Пристаем к мужикам, которые из соседнего сугроба трактором безуспешно тянут грузовик, выясняем, кто мы такие до пятого колена, а заодно — что шиномонтаж — это ровно та изба, которую мы только что проехали. Заглядываем за избу — а там и правда железные ворота, бокс, станок… Скидываю колесо, отдаю мужику его, новую камеру и покрышку пожестче — чтобы если что, она и со сдутой камерой кое-как держала дорогу. За всем теряем час с лишним. В итоге в Алтын-Кол(Телецкое) приезжаем затемно, фотографируемся возле монумента и, перекусив в ближайшей гостинице с очень московскими ценами, катим обратно. Сначала просто по тому же самому серпантину, по которому ехали сюда — но уже затемно. Не выдерживаю, сбавляю темп с 80 на 60-70, Гринго уходит вперед. Следуя за ним, разок сдаюсь на произвол двухколесных инстинктов — и улетаю в сугроб. Гринго возвращается, выдергиваем ИЖа на удавке. Кое-как выбираемся на трассу Турочак-Бийск, чье качество покрытия явно не оправдывает того, что она на 30 км короче проезда через Горно-Алтайск. И тут у меня начинается мистика — на ухабах глохнет движок. Ну натурально — на дороге потрясет — заглох. Едем по ровному — порядок. «Конструкция, ты голдвингом себя возомнила?» — думаю я и продолжаю мрачно топить гашетку. Отстаю, матерюсь, завожусь снова — но еду. За 80 км от Бийска «конструкция» отказывается заводиться окончательно и мы с Гринго, привычно запрокинув люльку, в который раз лезем в зажигание. Темно, дорога незнакомая, луна светит, волки воют. Одного даже неподалеку мы видели сбитым. Повалявшись под люлькой минут сорок, таки-берем меня на буксир, причем электрика не работает. Холодные ручки, открытый визор — через 80 км в Бийске с меня можно отколупывать сосульки. В гостинице с нас проникаются, раздают ключи от номеров и оставляют в покое. Завтрак, правда, через четыре часа.

Поэтому ранний подъем, еда, мотоцикл в рембокс, меняю катушку зажигания и — в который раз — конденсатор и свечу. Мужики-дальнобои ходят вокруг с квадратными глазами. Ну что они, зимних мотогонов никогда не видели? Обедаем, заводимся, выскакиваем из города, и… что бы вы думали? После крутого ухабистого спуска ИЖ встает. Сопровождая процесс площадной бранью, разбираем зажигание, ставим на место старую катушку(«чертов китай» — ругается Гринго на новую) и как-то между делом скидываем с пачки контактов клемму кнопки «Двиг-стоп». До самого Барнаула ежик вваливает как укушенный, набирает обороты, иногда валит 90 с лишним км/ч и даже обходит по трассе несколько смертельно больных черепах. «Вон оно че было, Михалыч!» — заруливаем на заправку, выясняем, что расход — ровно 5,5 л на сотню, то бишь на поллитра больше технически предписанного. Красота!

По возвращению в Барнаул я, презрительно фыркнув, перескакиваю «бугорок над пропастью» перед гаражом, мы закатываемся и расползаемся отдыхать. Мотоцикл и ездок(мы с ИЖом, то есть) признаны готовыми к пробегу Барнаул-Москва. Но это уже совсем другая история.